ЕФРЕМ СИРИН. (ок. 306-373)

СОДЕРЖАНИЕ:

1. Слово душеполезное

2. К нерадивой душе

3. О любви

4. О рае

5. Почему Бог одни прошения наши приемлет, а другие отвергает?

6. На тех, которые ежедневно грешат и ежедневно каются


СЛОВО ДУШЕПОЛЕЗНОЕ

Приводится по изданию: Св. Ефрем Сирин. Духовные наставления. М.: Сретенский монастырь; "Новая книга"; "Ковчег", 1998

Не трать всего времени жизни своей на попечение о теле своем; но когда тело алчет и требует пищи, рассуждай, что и душа имеет нужду в свойственной ей пище, и делается мертвою, как и тело, если оно не примет телесных снедей; потому что человек двойствен, состоит из души и тела. Поэтому Иисус сказал: ты приставник дома, давай душе, что душе свойственно; не тело только питай, но и душу не оставляй лишенною и алчущею. О таковой душе говорит апостол: Питающаяся пространно жива умерла (1 Тим. 5, 6). Итак, не попускай, чтобы душа умерла от голода, но питай ее словом Божиим, псалмами, пениями и песнями духовными, чтением Священного Писания, постом и бдениями, слезами и милостынею, надеждою и помышлением о благах будущих, вечных и нетленных. Все сие и подобное сему есть пища и жизнь для души; поэтому и великий пророк сказал: да будут слезы мои мне хлеб день и нощь (Пс. 41, 4). О блаженная душа Давидова, вместилище Духа Святого! Каждый день и каждую ночь проливал пророк Давид слезы; а мы, виновные в тысячах худых дел, не хотим и на один час прийти в сокрушение, и покаяться. О, какая радость бывает на небе, когда человек грешный прольет слезы на земле, отвергнет худой навык, возненавидит грех и скажет: Неправду возненавидех и омерзих (Пс. 118, 163), и от всякого пути лукава возбраних ногам моим (101)!

Не будь опрометчив, чтобы не сделаться ненавистным для всех; не допускай в себя высокомерия; не давай никогда покоя плоти своей, чтобы не сделалась она бременем душе твоей; не увлекайся пристрастием к хуле; не заграждай себе покаяния отчаянием. Смотри, чтобы отчаянный образ действования не совлек тебя с неба. Да не высказывает тайных дел твоих велеречие твое; да не унизит кого-нибудь твоя злоречивость; да не ослепляет разума твоего неразумие; да не омрачает благоразумия твоего глупость, да не возобладает над умом твоим безумие; да не изменит рассудка твоего нерассудительность; или и другое что запрещенное да не входит в сердце твое скрытно от ума, и да не уводит тебя пленником из небесного царства. Напротив того, трезвись, как написано, день и ночь поучаясъ в заповедях Божиих (Пс. 1, 2), чтобы не нашел когда ума твоего праздным от сего поучения, и не посеял в нем плевел своих бедный и окаянный враг, далекий от всякой любви, потому что проводит он дни свои в суетных мечтах.

Кто не будет плакать о человеке, удалившемся от Бога? Сказываю же вам, братия, что не имеющий в себе любви Божией - враг Богу, потому что нелжив Сказавший: Ненавидяй брата своего, человекоубийца есть (1 Ин. 3, 15). В ком нет любви, тот друг диаволу, тот - сосуд высокомерия, собеседник клеветников, делатель гордыни, одним словом сказать, тот- орудие диавольское. Беден и окаянен, кто не приобрел терпения; потому что в ком нет терпения, тот колеблется ветром, не переносит обиды, малодушествует в скорбях, в подчинении ропотник, в послушании прекослов, в молитвах ленив, в ответах медлителен, в словопрениях мужествен. В ком нет терпения, тот терпит много ущерба; таковому нет и возможности прилепиться к добродетели; а напротив того, достойным одобрения он противится, преуспевающим завидует. Блажен человек, который нелегко предается гневу или приходит в раздражение. В ком нет духа гневливости, тот не преогорчает Духа Святого; таковый всеми прославляем, восхваляется ангелами, любезен Христу; у него и тело и душа всегда здравы. А кем обладает дух гневливости, тот часто сердится из ничего. И подлинно беден и окаянен, кто не владеет собою в подобных вещах. Гневающийся убивает душу свою. Как всех благ и всех добродетелей выше любовь; так всякого греха тяжелее - ненавидеть брата. Кто ненавидит брата своего, тот пребывает в смерти. Кто лишает наемника мзды, и кто ненавидит брата своего, те будут тяжко осуждены вместе с убийцами.

Когда согрешишь, не жди обвинения от другого, но прежде нежели обличен и оговорен, сам себя обвини в сделанном; приступи к исповеди и не стыдись. Когда делал постыдное для себя, ты не стыдился; ужели же устыдишься теперь слов, оправдывающих тебя? Говори здесь, чтобы и против воли не сказать там. Исповедь во грехах служит к уничтожению прегрешений. Бог хочет услышать от нас грехи наши не потому, что не знает их, напротив того, Ему угодно, чтобы мы чрез исповедь пришли в сознание своих грехопадений. Не чего-либо тяжелого и трудного требует от нас Бог, но крушения сердца, умиления помыслов, признания в грехопадении, неутомимого и усильного припадания к Богу, наконец того, чтобы после исповеди просили мы себе прощение, в чем согрешили, и тщательно остерегались сего в последующее время. Итак, во сколько крат лучше плакать и сетовать здесь в продолжение этой краткой и временной жизни, нежели, предаваясь здесь смеху, идти туда на мучения, продолжающиеся в век века? Но ты стыдишься и краснеешь, когда нужно сказать грехи свои? Стыдись лучше грешить, нежели оправдываться. Размысли: если не будет принесена исповедь здесь, то все будет исповедано там пред целой вселенной. Где больше мучения? Где больше посрамления? На деле мы отважны и бесстыдны; а когда должно исповедаться, тогда стыдимся и медлим. Если будете исповедывать грехи свои, нет в этом стыда; напротив того, в этом правда и добродетель. А если бы не было в этом правды и добродетели, то исповедь не имела бы себе награды. Послушай, что сказано: глаголи ты грехи твоя прежде, да оправдишися (Ис. 43, 26). Повелевает исповедываться не для того, чтоб ты был наказан, но чтобы ты был прощен.

Итак, произведем строгое испытание не только дел своих, но и слов и помышлений, и строго исследуем, как проведен каждый день, какой грех сделан в продолжение сего дня, сколько дней прожито худо, и какое движение или помышление возбудило нас к недоброму движению. И постараемся по мере грехов своих показать и покаяние. Наложим наказание на совесть и подвергнем ее сильному уреканию, чтобы по восстании от греха, страшась мучительности прежних ран, не осмелиться нам снова впасть в ту же пучину. Веди в совести запись и замечай в ней ежедневные грехи свои, и пусть эта записная книга каждый день будет раскрыта перед тобой; взвешивай сам в себе, что доброго и лукавого тобою сделано; приводи себе в память реку огненную, червя неусыпающего и горький ад, чтобы страхом мучений приумножать в себе добро и истреблять лукавое. Будем плакать прежде времени, чтобы не скрежетать зубами во время и не плакать во времена. Сею жертвою благоугождается Бог; сими водами орошаемый человек приносит плод, сими водами омывается перст, сими водами угашается огонь, просветляется тьма, разрешаются узы, обращаются заблуждавшие, спасаются все, и Бог прославляется; сими водами и Петр омыл прившедшую в него скверну, ибо изшед вон, плакася горько (Мф. 26, 75).


К НЕРАДИВОЙ ДУШЕ

Приводится по изданию: Св. Ефрем Сирин. Духовные наставления. М.: Сретенский монастырь; "Новая книга"; "Ковчег", 1998.

Не упадай, душа, не скорби, не произноси над собою решительного суда по множеству грехов, не привлекай на себя огня, не говори: "Отринул меня Господь от лица Своего". Богу неугодно слово сие; потому что Сам взывает к тебе, говоря: Людие Мои, что сотворих вам? или чим оскорбих вас? или чим стужих вам (Мал. 6, 3)? Разве кто пал, тот не может восстать? или кто отвратился, тот не может обратиться? Слышишь ли, душа, какова благость Господа? - Не в руки князю или военачальнику предана ты, как осужденная. Не скорби, что не стало у тебя богатства. Не стыдись обратиться, но скажи лучше: востав иду ко Отцу моему (Лк. 15, 18). Восстань, иди.- Он приемлет тебя и не укоряет, а паче радуется твоему обращению. Он ждет тебя, только не стыдись, как Адам, и не скрывайся от лица Божия. Ради тебя Христос распялся и отринет ли тебя? Да не будет сего! Он знает, кто утесняет нас; знает, что нет у нас другого помощника, кроме Его одного. Христос знает, что человек беден. Итак, не будем предаваться нерадению, как уготованные в огонь. Христу нет нужды ввергать в огонь; не приобретение для Него - послать нас в мучение.

Не хочешь ли знать тяжесть мучения? Когда грешник будет изгнан от лица Божия, тогда вопля, плача его не вынесут основания вселенной. Ибо написано: День той, день тьмы и мрака день, облака и мглы, день трубы и вопля (Соф. 1, 15. 16). Если человек, осужденный князем, идет в заточение на два года, или на пять, или на десять лет, то сколько, думаешь, слез у человека того, какой стыд, какое рыдание? Но у него есть еще утешение в ожидании конца сему сроку. Посему хотим ли знать, какой срок назначен грешникам? Можем ли определить время их изгнания в двадцать, или пятьдесят, или сто, или двести лет? Но как можно исчислить время там, где не положено и лет к исчислению дней? Увы! увы! безнадежен срок сей. Ибо нестерпим гнев, еже на грешники прещения. Слышишь ты о тесноте, ожидающей грешников? Поэтому не доводи себя до такой нужды, ибо нестерпимо для тебя и одно прещение.

Множество грехов имеешь на себе? Не убойся вопиять к Богу. Приступи, не стыдись. Поприще для подвига близко; восстань, отряси с себя вещественность мира. Подражай блудному сыну, который, расточив все, не стыдясь пошел к отцу. Отец же скорее пожалел о плене его, нежели о богатстве, расточенном вначале. Так приступивший бесчестным, вступив с честью, пришедший нагим, принять облаченным в ризу, выдававший себя за наемника, восстановлен в чине властелина. К нам слово сие. Слышишь ли, как было благоуспешно дерзновение этого сына? Но уразумеешь ли и доброту отца? И ты, душа, не смущайся, ударяй в двери. Имеешь ли в чем нужду? Стой при дверях и получишь все, в чем имеешь нужду, по Божественному Писанию, которое говорит: За безочство его, востав даст ему, елика требует (Лк. 11, 8). Бог не отвергает тебя, человек, не укоряет за расточенное вначале богатство. Ибо нет у Него недостатка в имуществе; всех снабжает усердно, по апостольскому слову: Просите от дающего Бога всем нелицеприемне, и не поношающего (Иак. 1, 5). Ты в пристани? Взирай на волны, чтобы не восстала внезапно буря, и не похитила тебя в морские глубины; тогда с воздыханием начнешь говорить: Приидох во глубины морския, и буря потопи мя. Утрудихся зовый, измолче гортань мой (Пс. 68, 3. 4). Ибо ад действительно есть морская бездна, по Владычнему изречению, что пропасть велика утвердися (Лк. 16, 26) между праведными и грешными. Итак, не осуждай себя в оную пропасть. Подражай блудному сыну; оставь морящий гладом град; беги бедственной жизни со свиниями; перестань питаться рожцами, которых даже и не дают тебе. И так приступи и умоляй, и без оскудения ешь манну, пищу ангельскую. Приступи созерцать Божию славу, и просветится лицо твое. Приступи, вселись в раю сладости.

Употреби немногие годы на то, чтоб приобрести вечное время. Не тревожься продолжительностию жизни сей. Она скоропреходяща и кратковременна; все время от Адама и доныне прошло, как тень. Будь готов к отшествию в путь. Не обременяй себя. Зима близко: спеши под кров, под который и мы стремимся по благодати Христовой. Аминь.


О ЛЮБВИ

Приводится по изданию: Св. Ефрем Сирин. Духовные наставления. М.: Сретенский монастырь, "Новая книга", "Ковчег", 1998.

Прекрасно сказал Господь: бремя Мое легко есть (Мф. 11, 30). Какая тяжесть, какой труд прощать брату легкие и ничтожные прегрешения, получить же прощение в собственных своих грехах и вдруг стать оправданным? Не сказал: дайте мне в дар имение, или тельцов, или козлов, или пост, или бдение, так что мог бы и ты сказать: "Нет у меня этого, не в состоянии я сделать сего", - но что легко, удобно, непродолжительно, то и повелел, говоря: "Прости согрешения брату своему, и Я прощу тебе твои грехи. Ты простишь малые ошибки, может быть, несколько оволов, или три динария; а Я дарю тебе тысячи талантов. И ты прощаешь только, ничего не давая в дар, а Я и грехи тебе оставляю, и дарую исцеление и царствие. И дар твой тогда приму, когда примиришься с враждующим на тебя. Когда не будешь иметь ни на кого вражды, когда солнце не зайдет во гневе твоем, когда со всеми у тебя будут мир и любовь; тогда и молитва твоя благоприятна, и приношение твое благоугодно, и дом благословен, и сам ты блажен. А если не примиряешься с братом своим, то как же у Меня просишь прощения? Я, Владыка твой, повелеваю тебе, и ты не внемлешь; а ты - раб, как же смеешь приносить Мне молитву, или жертву, или начатки, имея на кого-нибудь вражду? Как ты отвращаешь лицо от брата своего, так и Я отвращу очи Мои от молитвы твоей и от дара твоего".

Еще умоляю вас, братия. Ежели любы есть Бог (1 Ин. 4, 16), и что сделано без любви, то не благоугодно Ему; то как же Бог примет молитву или дары, или начатки, или плодоношение от убийцы, если он не покается прежде, как должно? Но без сомнения скажешь: "Я не убийца". А я докажу тебе, что ты убийца; лучше же сказать, Иоанн Богослов пусть обличит тебя, говоря: всяк ненавидяй брата своего человекоубийца есть (1 Ин. 3, 15). Итак, братия мои возлюбленные, ничего наконец не будем предпочитать приобретению любви, ни о чем не станем столько стараться, как о сем. Никто да не имеет ничего на другого, никто да не воздает кому-либо злом за зло. Солнце да не зайдет во гневе нашем, но будем прощать все должникам и утвердим любовь, потому что она покрывает множество грехов. Что пользы, дети, если имеет кто все, но не имеет любви спасающей? Если кто сделает большой обед, чтоб позвать царя и князей, и все приготовит богато, чтобы ни в чем не было у него недостатка, но нет у него соли, можно ли будет вкусить такого обеда? Без сомнения, невозможно. Напротив того, и траты напрасны, и труд погубил он, и навлек себе неприятность от приглашенных им. То же и здесь. Что пользы трудиться на ветер, если нет любви? А без нее всякое дело, всякий поступок нечисты. Приобрел ли кто девство, постится ли, пребывает ли во бдении, молится ли, дает ли приют бедным, думает ли приносить дар, или начатки, или плоды, строит ли церкви, другое ли что делает, без любви все это ни во что не вменится у Бога; потому что не благоугодно сие Господу. Послушай Апостола, который говорит: аще языки ангельскими глаголю и человеческими, аще имам пророчество, и вам тайны вся и имам весь разум, яко и горы преставляти, любве же не имам, никая польза ми есть (1 Кор. 13, 1-4). Кто имеет вражду на брата и думает принести что-либо Богу, тот принят будет наравне с приносящим в жертву пса, или цену блудницы. Посему ничего не предпринимай делать без любви; ибо любовь покрывает множество грехов. О, каким благом пренебрегаем мы! О, каких благ, какой радости лишаем себя, не приобретая себе любви! Не восхотев приобрести ее, Иуда удалился из лика Апостолов, оставив истинный Свет - Учителя своего, и, возненавидев братий своих, стал ходить во тьме. Потому и первоверховный Петр сказал: испаде Иуда, ити в место свое (Деян. 1, 26). И еще Иоанн Богослов говорит: ненавидяй брата своего, во тме есть, и во тме ходит, и не весть, камо идет, яко тма ослепи очи ему (1 Ин.2, 11).

Если же скажешь: "Хотя брата своего и не люблю, но Бога люблю", - то обличает тебя тот же Апостол, говоря: аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть; ибо не любяй брата своего, егоже виде, Бога, Егоже не виде, како может любити (1 Ин. 4, 20)? Посему, кто имеет любовь к брату и ни на кого вражды не имеет, кто исполняет слово Апостольское: солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4, 26), тот истинно любит Бога, тот ученик Христа, сказавшего: о сем разумеют вы, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Ин. 13, 35). Итак, явно то, что ученики Христовы познаются здесь по истинной любви. А кто имеет ненависть к брату и думает, что любит Христа, тот лжец есть и сам себя прельщает. Ибо апостол Иоанн говорит: сию заповедь имамы от Него, да любяй Бога, любит и брата своего (1 Ин. 4, 21). И еще Господь говорит: возлюбиши Господа Бога твоего, яко сам себе (Мф. 22, 37. 39). Желая же показать силу любви, присовокупил Он: в сию обою заповедию весь закон и пророцы висят (40).

Какое необычайное чудо! Кто имеет нелицемерную любовь, тот исполняет весь закон; потому что исполнение закона любы есть, как говорит Апостол (Рим. 13, 10). О несравненная сила любви! О неизмеримая сила любви! Ничего нет драгоценнее любви, ни на небе, ни на земле. Поэтому Апостол Павел, уча, что нет ничего равноценного любви, так написал и послал во все концы вселенной: ни единому же ничимже должни бывайте, братья, точию еже любити друг друга, и полагати души друг за друга (Рим. 13, 8). Такова любовь - исполнение закона, любовь - непреложное спасение. Она первоначально обитала в сердце Авелевом. Она была кормчим Ною; она содействовала Патриархам. Она сохранила Моисея; она соделала Давида жилищем Святого Духа; она водворялась в пророках; она укрепила Иова. И почему не сказать важнейшего? - Она Сына Божия низвела к нам с неба. Ради любви Бесплотный воплощается, Безлетный для нас во времени, Сын Божий делается Сыном человеческим. Любовью все домостроительствуется ко спасению; смерть упразднена, ад низложен, Адам воззван, Ева освобождена. Любовью из ангелов и человеков соделано единое стадо. Любовью клятва разрешена, рай отверст, явлена жизнь, обещано небесное царство. Она, уловив в мрежу ловцов рыб, соделала их ловцами человеков. Она подвизалась с мучениками и укрепляла их; она пустыни обратила в благоустроенные общежития. Она горы и вертепы исполнила псалмопения. Она из человеков соделала Ангелов; она научила мужей и жен шествовать тесным и узким путем. Но где остановлюсь, преследуя недостижимое? Кто в состоянии изобразить все преимущества любви? Думаю, что и Ангелы не изобразят, как должно. О блаженная любовь, подательница всех благ! О блаженная любовь, соделывающая блаженными возлюбивших тебя! Блажен, подлинно преблажен человек, который приобрел любовь от чистого сердца и чистой совести!

Слыша же о любви, не предполагай любви мирской и плотской, в корчмах и на пиршествах, между людьми, которым слава и бог - чрево. Их любовь ограничивается временем трапезы, их любовь - вражда на Бога. Сюда зовут друзей, а не врагов; здесь нет места бедным; здесь смех, рукоплескания и шум; здесь пьянства и бесчестия. О сей любви сказал Апостол: иже восхощет друг быти миру, враг Божий бывает (Иак. 4, 4). О сей любви, или, лучше сказать, о сей прелести, и, чтоб не выразиться еще сильнее, о сей любви, на которую не призирает Бог, сказал Сам Бог, что и язычницы такожде творят: аще бо любите любящия вас, кая вам благодать есть, или кую мзду имате (Мф. 5, 47; Лк. 6, 32)? Но мы говорим не о такой любви, не ее возвещаем, не ее домогаемся, разумеем же любовь нелицемерную, неукоризненную, нескверную, не корыстную, всеобъемлющую и отличающуюся всяким добрым делом, на какую указал Господь наш, говоря: да кто душу свою положит за други своя (Ин. 15, 13). Ибо Сам Господь так научил и сотворил, и душу Свою положил за нас, не только за друзей, но и за врагов. Тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего возлюбленнаго дал есть за нас (Ин. 3, 16). О сей любви, имея в себе божественную любовь, сказал Апостол Павел: любы не причиняет ближнему зла, не воздает злом за зло и укоризною за укоризну, но всегда долготерпит, милосердствует, не завидит, не раздражается, не мыслит зла, не радуется о неправде, радуется же о правде, вся покрывает, всему веру емлет, вся уповает, вся терпит, таковая любы николиже отпадает (1 Кор. 13, 4-8). Кто имеет сию любовь, тот блажен и в нынешнем, и в будущем веке. Кто имеет сию блаженную любовь, тот не гордится, не завидует, ни к кому не питает ненависти, не презирает убогого, не отвращается от нищего, не оставляет без призора сироту, вдовицу и странника. Кто имеет ее, тот любит не только любящих его, что и язычники делают, но и оскорбляющих. Имея сию божественную любовь, Первомученик Стефан молился за побивающих его камнями, говоря: Господи, не постави им греха сего (Деян. 7, 60). Еще говорю и не перестану говорить: блажен человек, который пренебрег все земное и тленное и приобрел любовь! Мзда его возрастает с каждым днем, мзда и венец ему готовы, ему даровано небесное царство. Его ублажают все Ангелы, его хвалят все Силы небесные, его с радостью примут лики Архангелов. Пред ним с готовностью отверзнутся небесные врата, и с дерзновением внидет он, и станет пред престолом Божиим, увенчается десницею Божиею, и с Богом будет царствовать бесконечные веки. Кто блаженнее его, кто выше его, кто досточестнее его? Видите, на какую высоту возводит любовь имеющих ее! Прекрасно сказал Апостол: ни единому же ничимже должни бывайте, точию еже любити друг друга (Рим. 13, 8). Бог любы есть, и пребываяй в любви, в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает (1 Ин. 4, 16) вовеки. Аминь.


О РАЕ

Приводится по изданию: Творения святаго отца нашего Ефрема Сирина, Ч. 5.

1.

Моисей, который всем преподал учение в небесных книгах своих, этот вождь Евреев, и меня, как ученика, да научит своим Пятокнижием этою сокровищницею откровения. В нем раскрыта история едемскаго сада; по наружности только описанный, он величественен по сокровенным в нем тайнам, и кратко изображенный, дивен по своим растениям.

Долго порывался я страхом и любовию. Любовь призывала меня внимательно разсмотреть рай, а страх его величия удерживал от такой пытливости. Наконец, то и другое соединил я с мудростию. Благоговейно чтя сокровенности рая, я изследовал одно то, что открыто в нем. Одно изследовал для собственнаго приобретения, о другом умолчал для собственной же пользы.

Радостно приступил я к истории рая. Немного в ней для чтения, но очень много для изследования. Уста читали открытое в повествовании, а дух, воспаряя трепетно, возносился в изследование славы рая, однакож не мыслию - постигнуть, что такое рай сам в себе, а желая изведать его, сколько дозволено сие человеку.

Духовным оком воззрел я на рай. Вершины всех гор низки пред его высотою. Едва пяты его касались высокия волны потопа; благоговейно лобызали стопы его, и возвращались назад, подавить и попрать вершины гор и высот. Одну пяту рая лобызал потоп сокрушивший всякую высоту.

Но как ни высоко поставлен рай, не утомляются восходящие туда, не обременяются трудом наследующие его. Красотою своею исполняет он радости и влечет к себе шествующих, осиявает их блистанием лучей, услаждает своим благоуханием. Светоносныя облака образуют из себя кущи для соделавшихся достойным его.

Нисходят из кущей своих сыны света, и радуются на той земле, где были они гонимы; ликуют на хребте моря и не утопают, где не утопал и Симон - камень. Блажен, кто видит, что и возлюбленные его с ними же вместе, и здесь долу в их сонмах, и там горе в их обителях!

Колесницы их - облака с легкостью несутся по воздуху. Каждый воспарит во главе тех, которых он обучал. Подвижнические труды его стали для него колесницей, а сонм учеников его - славным его сопровождением. Блажен, кто увидит Пророков, воспаряющих с ликами их, и Апостолов - с сонмами их! Иже сотворит и научит, сей великий наречется в царствии небеснем (Матф. 5,19).

Далек от взоров рай, недосязаем но для ока; поэтому, можно отважиться изобразить его разве только в сравнениях. В светлом венце, какой видим около луны, представляй себе рай; и он так же окружает и объемлет собою и море и сушу.

Но неудержимы уста мои, не насыщаются сладостию рая; представим и другие его подобия. Моисей сделал венец на величественном жертвеннике (Исх. 27,3); золотым венцом увенчал он жертвенник. Таков и рай, - этот прекрасный венец, увенчивающий всю вселенную.

Когда же согрешил Адам; изгнал его Бог из рая, и по благости Своей дал ему жилище вне райских пределов, поселил в долине, ниже рая. Но люди грешили и там, и за это разсеяны. Поелику соделались недостойными обитать близ рая; Бог повелел ковчегу удалить их на горы Карду.

Разделились семейства двух братьев. Каин отошел прочь и стал жить в земле Иуд, ниже мест, где обитали семейства Сифа и Еноса. Но потомки обитавших вверху и именовавшихся сынами Божиими оставили страну свою, сошли вниз и вступили в супружество с дщерями человеческими, с дщерями тех, которые обитали внизу.

Сыны света пребывают в горних обителях рая, и оттуда в пропасти видят богатаго. Возводит он очи свои, видит Лазаря, взывает к Аврааму, прося умилосердится над ним. Но щедролюбивый Авраам, сострадавший о Содоме, оказывает себя немилосердным к тому, кто сам не был милосерд.

Бездна отлучает богатаго от любви, бездна разделяет праведников и грешных, чтобы первые не привязывались любовью к последним, чтобы добродетельные не чувствовали мук, видя в геенне своих сыновей, братьев и сродников, чтобы матерь не скорбела о нечестивом сыне, и госпожа о служанке, с которою вместе росла и училась.

С осклаблением взирают там потерпевшие гонения на своих гонителей, притесненные на притеснителоей, умерщвленные на убийц, Пророки на побивших их камнями, Апостолы на распинавших их. Сыны света из горних обителей своих приникают на нечестивых, и смотря на дела их, дивятся, почему, утратив надежду спасения, предались они нечестию.

Горе тому, кто гнусные дела свои утаевал во тьме, кто грешил и скрывался, чтобы обмануть всякаго, кто видит его, нечествовал и лгал, чтобы обмануть всякаго, кто слушает его. Господи, да покроют меня крыла благости Твоей; потому что перстами будут там указывать на грешника, и непрестанно разглашать срамоту и тайныя дела его.

Мое дерзновение не смеет простираться далее мною сказаннаго. Но, может быть, найдется кто нибудь более меня дерзновенный, и он скажет, что незнающих и неразумных, которые грешили по неведению, однакоже должны понести наказание, как виновные, Благий поселит возле рая, и будут они питаться от райских крупиц.

Но и сих обителей, которыя так малы и презренны пред райскими обителями, алчут и вожделевают опаляемыя в геенне. Мучение их усугубляется, когда взирают на журчащие пред ними источники сих обителей; вожделевал их и богатый, но не нашел, кто устудил бы язык его. Внутри у страждущих огнь; пред ними - вода.

2.

Блажен, кто вожделевает рая, его вожделевает и рай; с радостию приемлет во врата свои, заключает в объятия свои; услаждает песнопениями на лоне своем; разверзает ему недра свои и покоит в них. Но отвращается и убегает он от того, кто сам отвращается от рая; потому что райская дверь есть дверь испытующая, хотя и любит людей.

Поэтому, здесь запасись ключем от рая, и возьми его с собою. Разумна эта дверь, которая столько вожделевает тебя, так радуется и веселится о тебе; как ведущая, премудро измеряет она входящих в нее, мал ли кто, или велик, по росту и по достоинству каждаго сама расширяется, и своею мерою показывает, кто совершен, и кто недостаточен.

Люди видят, что все погибло: богатства не стало, плотских удовольствий нет, красота и владычество исчезли и миновали, воспоминают там об этом и скорбят о том, что мучатся, узнают, что приобретенное ими - один сон, ботатство их - тень.

Утратили они, что было у них, и нашли, чего не было; какия блага любили, те отлетели; а горе, которое ненавидели, постигло их. На что полагали надежду, того уже нет; чего не боялись, то нашли. И стенают, что унижены и окрадены, что прежняя обитель была обманчива, а настоящее мучение действительно, что покой их исчез, и наказание не прекратится.

Видят и праведники, что страдания их миновались, скорби были временны, бремя невечно, как будто никогда не ощущали они тесноты, и пост их был как бы сновидение, после котораго востают они как от сна, и обретают рай и уготованную пред ними трапезу царствия.

Для чуждых рая недоступна высота его, но сам он преклоняет лоно свое к восходящим в него; радостный взор обращает на преведников, заключает собою весь мир, объемлет великое море; он горним - ближний, присным - друг, а чуждым - враг.

Видел я в ограде его плодоносныя смоковницы. Осужденным приятно было бы соплесть себе венцы из листьев их, и обнажившимся желалось бы прикрыться их листьями, но они постыжают обнаженнаго, и хотя прикрывают наготу его, но ввергают в скорбь; потому что в стране славы самая одежда для обнаженнаго есть безславие.

Кто в состоянии изчислить красоты рая? Прекрасно устройство его, блистательна каждая часть его, пространен рай для обитающих в нем, светлы чертоги его; источники его услаждают своим благоуханием, но когда изливаются они к нам, теряют свое благоухание на нашей земле; потому что получают вкус земный, пригодный для нашего пития.

Та воля, которой покорствует все, собрала воды орошающия рай, в виде потоков, заключила их в земле, и повелела им исходить подобно тому, как образует она воды в недрах облаков, и оне разливаются в воздухе, по мановению сей воли.

Украсил и уразнообразил красоты рая исткавший их Художник; степень степени украшеннее в раю, и сколько одна над другою возвышается, столько же превосходит и красотою. Для низших назначил Бог низшую часть рая, для средних - среднюю, а для высших - самую высоту.

Когда праведники взойдут на степени, назначенныя им в наследие; тогда каждый, по мере трудов своих, возведен будет правдою на ту именно степень, какой он достоин, и на какой должно ему пребывать. Как велико и число и различие степеней, так же велико и число и различие в достоинстве поселяемых; - первая степень назначена покаявшимся, средина - праведникам, высота - победителям, чертог Божества над всем превозносен.

И Ной в самом низу ковчега поместил животных, в средине же птиц, а сам, подобно Богу, обитал в верхней части ковчега. И при Синае народ иудейский стоял внизу горы, священники на скате ея, Аарон на средине, Моиисей на высоте, слава же Господня покрывала вершину горы.

Ковчегом и горою Синаем указана нам тайна, как разделяется сад жизни; в них Творец представил нам образ благоустроеннаго, во всем прекраснаго и всем вожделеннаго рая; и высотою и красотою своею, по благоуханиям и произрастениям своим рай - пристань всех богатств; ими изображается Церковь.

3.

Невозможно и мысленно представить себе образ этого величественнаго и превознесеннаго сада, на вершине котораго обитает слава Господня. У какого ума в состоянии будет око разсмотреть его, достанет сил изследовать его, и зоркости хотя достигнуть его взором? Богатство его непостижимо.

Можно полагать, что благословенное древо жизни по лучезарности своей есть солнце рая, светоносны листья его, на них отпечатлены духовныя красоты сада; прочия древа, по веянию ветров, преклоняются, как бы покланяясь своему вождю и царю дерев.

Посреди рая насадил Бог древо познания, окружил его страхом, оградил ужасом, чтобы подобно ограде охраняли его окрестность. В одной заповеди, которою воспрещалось вкушать плодов сего дерева, Адам услышал две заповеди; надлежало ему бояться древа и почувствовать, что непозволительно даже подходить к нему.

Змию невозможно было войти в рай, потому и животным и птицам не позволялось приближаться к окрестностям рая. Когда же Адам вышел к змию; коварными вопросами, предложенными Еве, доведался он, что такое рай, и каков он.

Узнал проклятый, каково сие святилище, узнал, что от Адама и Евы слава его сокрывается в древе познания, узнал, что вход в двери святилища прикрыт заповедию, и догадался тогда, что в плоде дерева - ключ к правде, и что у преступивших заповедь очи отверзутся, и они исполнятся раскаяния.

Отверсты были очи у прародителей, но вместе и закрыты, чтобы не видели они славы, не видели также и позора, чтобы не видели славы внутренняго святилища, не видели также и телесной своей наготы. Оба сии познания сокрыл Бог в древе, и поставил древо как бы судиею двух сторон.

Как скоро Адам дерзнул, приступил и вкусил плода, - вдруг в одно мгновение излиялись в него оба познания, совлек и снял он оба покрывала с очей своих. Увидел человек славу святаго святых и ужаснулся, увидел безславие свое и устыдился, возскорбел и возстенал; хотя оба приобретенныя им познания ходатайствовали об его прощении.

Всякий, вкушающий плода сего, должен или прозреть и стать блаженным, или прозреть и возстенать. Если вкушает преданный греху, то будет сетовать. Блажен, кто видит и не вкушает, впрочем не как этот отважный, у котораго усугубились мучения, когда он алкал, но не мог вкусить рожец, которые видел.

Бог не дал Адаму видеть наготу, чтобы, если нарушит заповедь, тогда с наготою открылась вся гнусность его поступка, но не показал ему и святое святых, чтобы, если сохранит заповедь, тогда узрел, и больше возрадовался. Оба воздаяния сокрыл для того, чтобы Адам, после борьбы за то и другое получил венец по трудам своим.

Бог поставил древо как бы судьею, чтоб оно, если человек вкусит плода его, показало ему достоинство, которое им утрачено по высокомерию, а равно, показало и безславие, какое нашел он в наказание себе, а если одержит победу и восторжествует, облекло его славою и открыло ему, что такое стыд; и тогда человек, оставаясь здравым, имел бы познание и о болезни.

Человек сам по себе был бы здоров, и между тем в уме свем имел бы познание о том, что такое болезнь, и для него то, что имеет, было бы полезно, и то, что знает, служило бы приобретением. А когда человек в болезни, и имеет в уме своем познание о том, что такое здоровье, тогда и болезнь тяготит его, и познание мучит его.

Если бы Адам одержал победу, то члены его покрылись бы славою, но умом своим познавал бы он, что такое страдание, тело его процветало бы и разумные силы его возвышались. Но змий извратил это, унижением дал ему вкусить на самом деле, а славу оставил только в воспоминании; что нашел человек, то покрыло его стыдом, а что утратил, о том должен плакать.

Древо сие было для него образом двери, плод - завесою, закрывавшею храм. Адам сорвал плод, преступил заповедь, и едва увидел славу, которая лучами своими осияла его извнутри, как побежала прочь, и поспешила искать себе убежища под смиренными смоковницами.

Насадивший древо познания поставил его посреди, чтобы отделяло оно и высшее и низшее, и святое и святое святых. Адам приступил, дерзнул войти, и пришел в ужас. Как царь Озия покрылся проказою, так обнажил себя Адам; и поелику поражен был подобно Озии, то спешил удалиться. Оба бежали и скрылись, потому оба устыдились плоти своей.

Если бы все древа райския украшались тою же светозарностию, какая облекла славу, то как Херувимы закрывают лица крылами своими, так и древа закрылись бы ветвями своими, чтобы не взирать на Господа своего. Но все они устыдились за Адама, оказавшагося вдруг обнаженным, как скоро змий похитил его ризу, и сам лишился ног.

Поелику Адаму не был дозволен вход во внутренний храм; то храм сей был охраняем, чтобы довольствовался Адам служением во внешнем храме, и как служит священник, принося кадило, так служил бы и он, соблюдая заповедь. Заповедь для Адама была кадилом, чтобы ею вошел и пред лице Сокровеннаго, в сокровенный храм.

Тайна рая изображена Моисеем, устроившим два святилища, святое и святое святых. Во внешнее святилище доступ был всегда свободен, а во внутреннее дозволялось входить единожды. Так, Бог заключил для Адама внутреннее рая, и отверз внешнее, чтобы довольствовался он внешним.

4.

Правосудный видел, что послабление сделало бы Адама дерзким; Он знал, что если ослабит узду, то Адам прострется далее, и преступит малую и слабую преграду. Поэтому, по необходимости поставил ему новыя преграды. Слово и заповедь были ограждением древа, а Херувим и острие меча стали оплотом рая.

Адам в нечистоте своей хотел войти во святое святых, которое любит только подобных ему; и поелику отваживался войти во внутреннее святилище, то не оставлен и во внешнем. И море, когда в недрах своих увидит труп каког-либо животнаго, не оставляет его в себе, но выбрасывает вон.

Образ сего представлен в народе еврейском: всякий прокаженный в стане; его удаляли из стана, изгоняли вон; когда же очищаляся от проказы, тогда оказывали ему милосердие, священник окроплял его иссопом, кровию и водою, и прокаженный возвращался в жилище свое, вступал в наследие свое.

Чист был Адам, и в прекрасном этом саду, когда дунул на него змий, сделался прокаженным и оскверненным, и сад отверг нечистаго и изринул из недр своих. Но Всевышний Первосвященник увидел, что Адам изринут из рая, и преклонился, и снизошел к нему, и очистил его иссопом Своим, и ввел его в рай.

Адам был наг, но прекрасен; потрудилась заботливая жена его и изготовила ему одежду поругания. Увидел его сад едемский и опечалился, что и он был тому причиною. Мария разбойнику нашла иную ризу, которая украсила и осияла его обетованием. Сад едемский узрел разбойника, и с любовию принял его вместо Адама.

Моисей усумнившийся, хотя увидел обетованную землю, но не вошел в нее; пределом ему был Иордан. И Адам согрешивший изринут из рая жизни, и преградою ему был Херувим. Но оба введены Господом нашим, и вошли путем Воскресения - Моисей в обетованную землю, Адам же в рай.

Никакия уста не в состоянии изобразить внутренность сада сего и привлекательные красоты его наружности. Даже и простых украшений на ограде его не в состоянии описать они, как должно. Блистательны краски его, дивны благоухания, вожделенны красоты, многоценны яства.

У края ограды рая - последния из сокровищ его, но и они превосходят богатством все сокровища вселенной. Как ни малы сокровища низших пределов его в сравнении с сокровищами страны горней, однакоже блаженство у самой ограды его гораздо превосходнее и выше всех благ этой нами обитаемой юдоли.

Пусть не гневаются на меня, что дерзнул язык мой изобразить превышающее силы его, и потому умалил недостаточным своим изображением. Поелику нет зеркала, в котором бы отражалась красота рая, и нет красок, которыя бы живо описали его; то пусть не винят и мое произволение; для пользы нашей принял я труд составить изображение рая.

Скорбящему послужит это утешением, отроку - назиданием, большую славу принесет целомудренному, и бедному обратиться в приобретение. Поэтому, каждый да уделит мне свой мнас и свой кодрант, каждый да помолится о мне в Едеме, чтобы и мне достигнуть этой страны; потому что по мере сил моих говорю о рае, чтобы бедные вожделевали полноты обетований его.

И Ты, Всеведущий, не осуди моего изволения! И Ты, для всех Сокровенный, не порицай моей пытливости! Рождения Твоего, вполне сокровеннаго, не дерзаю я изследовать; там молчанием оградил я слово. Поелику же возблагоговел я пред рождением Твоим то всели меня в рай. От всех любящих Тебя, хвала Тебе, Сокровенный!

5.

Созерцал я зиждительное Слово, и уподобился камню, который за народом еврейским последовал в пустыне (1 Кор. 10,4). Не из собрания вод, содержавшихся в нем, изведены им обильные потоки; в нем не было водной влаги, но из него истекли моря. Так Божиим Словом все сотворено из ничего.

Моисей в книге своей описал творение природы, чтобы о Творце свидетельствовали и природа, и Писание, - природа, когда пользуемся ею, Писание, когда читаем его. Сии два свидетеля обходят всякую страну, пребывают во все времена, они всегда пред нами, и обличают отступников, отрицающих Творца.

Читал я начало этой книги, и вникал в каждую ея букву и в каждый стих, постепенно возводящий в высоту. Приветливо останавливало меня на себе первое, что развивалось предо мною и связию речи завлекало к последующему. А как скоро дошел я до стиха, где пишется история рая, тогда увлек он меня из среды книги, и перенес на лоно рая.

И око и ум, как по мосту, проходили по стихам, и востекали в обитель рая. Око возводило ум чтением, а ум давал оку отдых от чтения, потому что, по прочтении книги, око спокойно, трудится же ум.

И мостом к раю и дверию в него была мне эта книга; прошел я мост и вступил в рай; око осталось вне, а ум вошел внутрь; и начал я доведываться о том, чего не написано. Это светлая, чистая и велелепная высота - Писание называет ее Едемом, потому что на ней верх всякаго блаженства.

Там видел я кущи праведников, которыя источают из себя благовонныя масти, разливают благоухание, убраны цветами, увенчаны вкусными плодами. Каково делание человека, такова и куща его; одна ниже своим убранством, другая сияет своею красотою; одна менее с виду, другая блистает славою.

Но меня усладил Едем более покоем своим, нежели своею красотою. В нем обитает чистота, и нет там места скверне; в нем живет покой, и нет там места смущению.

Спрашивал я потом, вместителен ли будет рай для всех праведников, которые должны обитать в нем? Касался в вопросах и того, что не написано, и научен из написаннаго: посмотри на этого человека, в нем жил легион всякаго рода бесов; в человеке были они, и однакоже не были приметны, потому что полчище это и проще и утонченнее самой души.

Так, целое полчище жило в одном теле; но стократ чище и утонченнее онаго будет тело праведников, когда возстанут и будут они воскрешены. Тело праведников будет подобно духу, который может, когда хочет, расширяться и увеличиваться, и когда хочет, сокращаться и умаляться, и когда сократится, может быть в одном месте, а когда расширится, быть повсюду.

Выслушй другие подобия и вразумись. Тысячи лучей или искр солнечнаго света бывают в одном доме, дестки тысяч благоуханий носятся над одним цветником; и если заключены на малом пространстве, то как сие пространство наполняется ими, так и они все бывают распространены по оному. Так и рай, хотя полон духовных существ, но обширен для того, чтобы распространялись там существа сии.

Нет конца и числа помыслам, заключающимся в сердце, сколько оно ни мало; и хотя все оно преисполнено ими, но помыслы не стесняются в сердце, и не стесняют друг друга. Так и славный рай поместителен для читых духов, которых сущности не может постигнуть мысль.

Сколько мог, воспел я рай, и готов был оставить его, но внезапно внутри рая раздался, как в стане, глас поющих при звуках трубных: свят, свят, свят! и услышал я, как славословится в раю Божество. Блажен, кто сподобится рая по правде или по благости, по трудам или по щедротам!

Изумился я; ибо едва выступил из пределов рая, оставил меня и отступил от меня сопроводник. Когда же достиг пределов земли, пораждающей терния, тогда сретили меня болезни и страдания всякаго рода. И увидел я, что страна наша есть темница, что пред взорами у меня - заключенные; и они плачут об этой темнице, когда должны выйти из нея.

Дивился я, что и дети плачут при исшествии своем из утробы, плачут, что из тьмы призывают их во свет, что из тесноты идут они в мир. Так смерть для мира сего есть образ рождения; плачут те, которых земля сия, матерь страданий, раждает для сада радостей.

Умилосердись надо мною, Владыка рая, и если нет мне возможности войти в самый рай Твой, то помести меня, хотя снаружи, вблизи тех пажитей, которыя в ограде его. Внутри его пусть будут трапеза для праведников, но плоды, произрастающие в ораде его, как крупицы и за пределы ея да падают для грешников, чтобы и они были живы по благости Твоей!

6.

Ключ учения, отверзающий всякую книгу, отверз очам моим и ту книгу, в которой читаю о сокровище кивота, о венце закона, отверз и то писание, которое прежде всех других возвещает о Творце, объемлет все творения Его, дает видеть все лепоты Его, показывает все украшения Его.

Сие-то писание привело меня ко вратам рая, и едва вступил я, как оцепенел мой ум от удивления, потерялся изумленный разсудок, отказались чувства объять великолепие сокровищ, различить вкус яств, сравнить живость красок, совокупить во-едино всю лепоту, изобразить словом представшее взору.

Все члены оковывает рай полнотою своих радостей, пленяет глаза своим убранством, слух - звуками, вкус и обоняние - яствами и благоуханиями. Благословен Призвавший в рай подвизавшихся во бдении и посте, чтобы за постничество свое насладилимсь они утешением, упаслись на отрадных сих пажитях!

Одно воззрение на рай возвеличило, одно помышление о нем обогатило меня; упоенный его благоуханиями, забыл я свое убожество; обновленный разнообразием красот его, стал я как бы иной, и погрузился в волны славы его. О, как стал я упоен и забыл вины в этой стране, которая для обнаженнаго Адама была горящею пещию испытания!

И хотя много было для меня и одной волны его красот, однакоже он взял и поверг меня в большее еще море. В лепоте его увидел я еще большия красоты, и размышлял: "если так славен рай, то сколько славен Адам, этот образ его Насадителя; сколько прекрасен крест, эта колесница сына Адамова - Господа"!

Не ради рая был создан человек, а напротив того, сам был виною насаждения рая. Чистое сердце драгоценнее растений, песнь - лучше плодов, слово - приятнее того, что произрастает на древах, вера человека многоценнее благовонных корней, любовь прекраснее всяких аромат.

Бог насадил прекрасный сад и создал чистую Церковь, на древе познания пригвоздил заповедь; даровал радости, и не желают их, предостерегал, и не страшатся. В Церкви водрузил учение, которое радует обетованиями и устрашает угрозами; презритель сего учения погибает, а кто следует ему, тот спасается.

Церковь святых есть образ рая; в ней ежедневно собирается всеоживляющий плод и для пития влагается в точило грозд, исполненный животворнаго врачества. Змий приведен в изнеможение, связван проклятием; уста Евы запечатлены спасительным молчанием, и снова покорствуют Творцу.

Среди обитателей рая нет обнаженных, потому что всеоблечены славою; никто не прикрывается там листьями и не предстает посрамленным; в Господе нашем нашли они себе утраченную Адамом одежду. Церковь хранит слух их чистыми от змиинаго яда и от яда тех, которые, вняв змию, очернили новыя и убеленныя ризы свои, утратили одежду свою.

Никогда неутомляющаяся сила, никогда неизнемогающаяся мышца насадила и этот рай, украсила его без труда, убрала его всякаго рода плодами. Творец увидел, и возвеселился, и стал обитать в сем раю, насажденном во славу Его, как и тот сад насадил он в Свою же славу.

Добродетельные, неся плоды свои, шествуют в рай, красующийся вскими плодами; и своими деланиями постыжают этот дивно-прекрасный сад. Рай видит, что плоды праведников превосходят достоинством плоды дерев его, и что украшения победителей постыжают его убранство.

Блажен, кто спободится увидеть в раю, как все собою превосходящие и величественно прекрасные плоды райских дерев постыжаются при виде плодов, приносимых праведниками! Цветы райские видят плоды сии, и сознают себя побежденными, приходят в страх, видя цветы девственников и святых, которых венец возвеселил и тварь Творца ея.

Плоды праведников Всеведущему благоугоднее всяких плодов и произрастений древесных. Красота природы превозносит достоинство духа, рай - достоинство ума, цветы - достоинство добрых нравов, сад - достоинство свободы, земля - достоинство разсудка. Благословен возвеличивший Адама!

Паче всех достославных украшений райских достойны прославления доблестные дела победителей, представивших в себе прекрасный образ рая. На них отпечатлена лепота едемскаго сада. Поэтому, оставив древа, восхвалим победителей, и вместо наследованных благ прославим приявших сие наследие.

Если изумляет нас красота рая, то тем паче восхищает лепота духа; одна - дело природы, а другая - дело свободной воли. Свобода поревновала едемскому саду, и от нея возникли и произрасли победные плоды, и великолепием венцев превзошли райския украшения.

Сколько пркрасными представляются духовному оку превожделенныя там вечери праведников, приглашающих и нас стать их братиями, ближними и сочленами! Ничто да не лишает нас, братия, общения с ними! Соделаемся их друзьями, а если не друзьями, то, по крайней мере, близкими к ним. О, если бы вселиться нам, ежели не в этих обителях, то, по крайней мере, окрест их!

Как достоин соревнования сподобившийся богатства их сокровищ! Сколько благословен приявший хотя каплю их благ! О, если бы спободиться мне хотя малой доли в тамошнем! Пусть тогда посмотрит на меня и возсетует враг, который мечтал увидеть меня в месте, какое он мне готовил, и увидит меня в обители, какую уготовали мне щедроты Твои!

Блажен, кто сподобится видеть светлую их ризу! Блажен, кто сподобится внимать их мудрости! Блажен слух, упоенный их гласом! Блажен, кто достиг их блаженства! Блажен, кто трудится, чтоб стать в числе первых! Горе тому, кто не позаботился стать даже последним!

Блажен, о ком ходатайствуют они пред Благим! Горе тому, на кого вопиют они Правосудному! Кто любит их, тот в Едеме; кто ненавидит, тот в преисподней. Отраднее будет Содому, нежели тому городу, где отрясли они прах (Матф. 10; 14,15). В том доме, где молились они, мертвый возвращается к жизни, и водворяется там совершенный мир.

Если приходили они в Египет, то утоляли голод его. Если приходили к неразумному морю, то умудряли его жезлом. Если вступали в дикую пустыню, то освещали ее столпом. Если ввергаемы были в раскаленную пещь, то орошали ее прохладою. Если ввергаемы были в ров, то нисходил туда Ангел, и зверей научал посту.

Церковь их есть соль, осоляющая всю землю, предохраняя ее от гнилости. Церковь их просветила Восток, озарили Запад, ими возставлен Север, научен юг. Они восходили на небо, и отверзали его; нисходили в море, и изследовали его глубины. Тайну, открытую Апостолам в притчах, распространили они по всем странам и всем возвестили. Целый мир принял тайну сию, чтобы в ней обрести себе силу.

Один из святых разсекает воздух своею колесницею, Ангелы с поспешностию сретают его и облеченнаго плотью видят в обителях своих. Но как земнородный в одежде славы возшел на колеснице на небо; так Господь по благости Своей низшел, облекся плотью, возседши на облако вознесся, и царствует над горними и дольними.

Огнезрачные духи - Ангелы удивилсь Илии, когда увидели в нем вожделенное сокровище; дивились они персти, и славили Образовавшаго сию персть, с радостию видя в ней девство, которое возвышает дольних и в изумление приводит горних. На земле предстоит ему брань, а в раю - венец.

Любовь и обучение, соединенныя с истиною, могут образовать дух и обаготить его новыми сокровищами, если разумно проникает он в сокровищницу тайн. С любовию поучился я и познал, что в раю пристань победителей. Поелику сподобил Ты меня зреть рай, то сподоби и войти в него!

7.

В искушениях утешайте себя обетованиями! Неложно слово Того, Кто на всех изливает дары Свои; не так скудна Его сокровищница, чтобы могли мы опасаться неисполнения обетований Его. Сына Своего Он предал за нас, чтобы уверовали мы. С нами Его плоть, с нами и истина Его. Он пришел и дал нам ключ Свой; потому что сокровища Его нас ожидают.

С наступлением вечера мир смежает очи и погружается в сон, и с наступлением утра снова пробуждается. Так, в таинственном смысле теперь ночь, и Мздовоздаятель еще вдали; но наступит день и Он явится. Не будьте, братия, нерадивы, не думайте, что подвиг ваш продолжителен, Воскресение отдалено. Вот смерть за нами, и пред нами Воскресение.

Будьте терпеливы сетующие, вы войдете в рай. Роса его омоет вашу нечистоту; пристанище его возвеселит вас; вечеря его положит конец вашим трудам; венец его утешит вас; вечеря его подает алчущим утешение, а оно очищает вкушающих его; предложит жаждущим небесное питие, а оно умудряет пиющих его.

Блажен нищий, устремляющий взор к этой стране, наполненной несметным множеством богатства! Аметисты и другие драгоценные камни отложены вне ея, изринуты оттуда, как сор; они осквернили бы эту страну славы. Если бы внес кто туда бериллы и прочие драгоценные камни они показались бы мутными и темными в этой лучезарной стране.

И мужи и жены облечены в светлую ризу, славою закрыта нагота их составов, умолкли постыдные движения в членах, заграждены источники похотений, яд истреблен, душа чиста и зеленеет в Едеме сладости, как пшеница без плевел.

Торжествует там девство о том, что исчез змий, тайно в слух его вливавший свой яд. Исполнившись радостнаго усердия, говорит ему смоковница: "приведи на память невинное девство свое, вспомни тот день, когда, обнажившись, укрывалось ты в лоне моем. Хвала Тому, Кто наготу твою прикрыл ризою!"

Радуется там юность, что одержала победу, видит в раю Иосифа, который совлек себя и отринул сладострастие, пламеневшее в безрассудных, и победил аспида в собственной его норе. Победителя львов Самсона преодолела ехидна, угрызла его, и вскоре утратил он власы своего назорейства.

Успокоеваются там жены, жестоко пострадавшия здесь в болезнях проклятия и муках чадорождения. С радостию видят оне, что младенцы их, которых с воплями предавали погребению, подобно агнцам пасутся на пажитях едемских, поставлены на высоких степенях славы, как братия пречистых Ангелов.

Славословие Милосердому, Который нередко так рано пожинает детей - поздний плод престарелых родителей, чтобы в раю стали они плодом первородным! Новое это зрелище - видеть, как одни плоды пожинаются там другими плодами, первородные - первородными, и как пожатые уподобляются чистотою пожинающим.

Прилепись духом к раю, о старость! Воня его возвратит тебе девство, дыхание его соделает тебя юною, он облечет тебя в лепоты, которыми прикроются нечистоты твои. В Моисее представлен твой образ. Его покрытые морщинами ланиты, цветя и сияя, стали образом старости юнеющей в Едеме.

Нет темных пятен в обителях рая, потому что чисты они от греха; нет в них гнева, потому что свободны от всякой раздражительности; нет насмешки, потому что свободны от всякаго коварства; не делают они друг другу вреда, не питают в себе вражды, потому что свободны от всякой зависти; никого там не судят, потому что нет там обид.

Там сыны человеческие видят себя во славе, и сами себе дивятся, почему плотяная их природа некогда возмущаемая и возмутительная, теперь спокойна и чиста, почему наружно красотою и внутренно чистотою сияют, видимо - тело, а невидимо - душа.

Скачет в раю хромый, который не мог и ходить; по воздуху носится там увечный, который не двигался с места. И очи слепых, от матерняго чрева алкавшие света и не зревшие его, восхищены райскою красотою, звуком райских цевниц возвеселен слух глухих.

Кто не дозволял себе ни проклятия, ни злоречия, того прежде всех ожидает райское благословение. Кто взор очей своих постоянно хранил чистым и целомудренным, тот узрит наивысшую красоту рая. Кто всякую горечь подавлял в своих помыслах у того в членах потекут источники сладостнаго веселия.

Возгнушавшияся увядающим брачным венцом дева возсияет там в брачном чертоге праведников, который любит чад света. Поелику возненавидела она дела тмы, и поелику жила одиноко в доме; то возвеселит ее там брак, и будет она утехою Ангелов, радостию Пророков, славою Апостолов.

Кто с Даниилом, которому воздавали честь цари, преклоняясь пред ним в своих диадимах, в пищу себе избрал овощи, такого постника вместо царей почтут там древа, преклоняясь пред ним во всей красе, взывая ему: "войди в кущи наши, живи под нашими ветвями, окропляйся нашею росою, наслаждайся нашими плодами".

Кто омывал ноги святым, того очистит эта роса. Кто простирал руку, чтобы снабжать бедных, пред тем сами собою наклонятся плоды с оных дерев. Все множество цветов радостно поспешит увенчать ногу, ходившую посещать больных, и друг у друга будут оспаривать, кому прежде облобызать ея стопу.

Кто с мудрой умеренностию воздерживался от вина, того преимущественно ожидают к себе райские виноградники, и каждая лоза простирает к нему свои грозды. А если он девственник; принимают его в чистыя недра свои, потому что живя одиноко не познал он супружескаго лона, не восходил на брачное ложе.

Венчавшиеся здесь мечем за Господа нашего славно в венцах своих восторжествуют там победу; потому что тела их посмеялись огню мучителей. Как звезды сияют там седмь сынов света (св. мученики Маккавеи) этот победнеый венец их матери; потому что смертию своею посрамили они ярость нечестиваго.

Блаженство страны той обновит жен, потрудившихся в служении святым. Там увидят оне, как блаженствует в Едеме вдовица, приявшая в дом свой Илию. Вместо двух питавших ее источников - водоноса и чванца дают ей пищи в Едеме древесныя ветви; потому что препитала она бедных.

Там нет ничего, что не служило бы на пользу; и былия издают там приятное благоухание, и снеди в Едеме прекрасны. Кто вкушает их, тот юнеет, кто обоняет их, тот делается прекрасным. Каждый цветок скрывает в недравх своих Воскресение, и готов подать тому, кто сорвет его; каждый плод носит в себе сокровище, и готов вручить тому, кто возьмет его.

Никто не утруждается там, никто не алчет, потому что никто не грешит. Никто не чувствует там раскаяния, потому что нет там кающихся. Подвизавшиеся на поприще не выходят там на подвиг, и пребывают в покое. Нет там старости, потому что нет и смерти; нет там предаваемых погребению, потому что нет и раждающихся.

Нет у них печали, потому что свободны от всяких страданий; нет у них опасения, потому что далеки от всяких сетей. Нет там противника, потому что брань кончена. Непрестанно себя и друг друга именуют блаженными, потому что прекратились их брани, венцы получены и в кущах их покой.

Взирал я на эту страну и сидел, оплакивая себя и подобных мне. Миновались дни мои, протекли, как единый день; они утратились и исчезли; а я и не замечал. Объяло душу мою раскаяние, потому что утратил я и венец, и имя, и славу, и ризу, и светлый брачный чертог, и трапезу царствия. Блажен, кто сподобился их!

Со слезами да умоляют там о мне все сыны света, чтобы Господь наш им даровал единую душу, а мне новый повод славословить Величие, так многообразно простирающее воспомоществующую руку Свою. Воздающий по правде, но и не без благости, по щедротам Своим да дарует мне из сокровищницы милосердия Своего!

Если в страну сию невозможно войти оскверненному: то дозволь мне при ограде ея обитать под тению ея. И как рай подобен трапезе, то дозволь из милости, хотя вне рая, приять и вкусить плодов его, чтобы исполнилось на мне сказанное: и пси ядят от крупиц господей своих (Матф. 15,27).

Тогда изведая я преподанное мне в притче о богатом, который не уделял бедному даже крупицы с трапезы своей; увижу, как Лазарь превитает в раю, увижу, как жестоко мучится богатый, и отвне содрогнусь пред строгостию правосудия Твоего, а внутренно ободрюсь веянием благости Твоей.

Всели меня при ограде этого сада, чтоб мне быть в соседстве с вселенными внутри рая, и чтоб позавидовали мне кромешные. Кто может вместе видеть и блаженство и мучение, иметь пред взором и геенну и сад едемский? Венец обитающих внутри Едема покажет мне тяжесть вины моей, а мучение кромешных вразумит меня, сколько милосердуешь о мне Ты.

Чье око может вынести то и другое зрелише? Чей слух может стерпеть глас - и тех воплоей, с какими нечестивые в геенне хулят Правосуднаго, и тех песнопений, какими славословят Его праведники в едемском саду? С удивлением те и другие взирают одни на других, тем и другим открыты дела, по которым достойны осуждения нечестивые.

Да не обнаружены будут вины мои пред ближними моими в день тот! Впрочем, это соделало бы меня, Господи, еще более презренным. Если вины мои известны Тебе, то от кого мне скрывать их? Стыд сделал я идолом для себя. Даруй мне, Господи, иметь страх пред одним Тобою всемогущим, и стыдиться единаго Тебя милосердаго!

Поставил человек как бы божеством себе ближняго: ему старается он всегда угодить; его стыдится, если сделает проступок; его боится, если ведет себя худо; от его похвалы теряет и цену добраго своего дела; поэтому, человек в полном смысле стал рабом рабов. Ты, Благий, даровавший нам свободу, которую отдали мы в рабство, соделай и то, чтобы Тобою заменить нам того владыку, котораго сами мы поставили над собою!

8.

Написанное в книге слово вошло в слух мой и возвеселило меня; оно изображает историю разбойника; и душа моя утешилась, смотря на множество его злодеяний, потому что Господь помиловал и разбойника. Поэтому и я получил надежду, что войду в тот сад, котораго имя слышал, и восхитился им. Дух мой разорвал оковы мои, и я поспешил видеть его.

Узрел я там обитель и светоносную кущу и слышал глас, который говорил: "блажен разбойник, туне приявший ключи от рая"! Я ожидал встретить его там, но подумал, что душа не может в раю чувствовать без участия ея органа и орудия; и в стране радостей объяла меня скорбь, что безполезным оказалось мое изследование тайн.

Мысль о разбойнике навела меня на такой вопрос: если душа может видеть и слышать без участия плоти, то для чего она заключена в ней? Если же без нея не имеет жизни, то почему не умирает с телом?

Душа не может видеть без тела; это доказывает о ней самое тело. Если тело лишено зрения, то с ним вместе слепотствует и ощупью ходит и душа. И тело, и душа имеют нужду друг в друге, и сами свидетельствуют о том. Как телу нужна душа, чтобы ему жить, так душе нужно тело,чтобы ей видеть и слышать.

Если тело немотствует, немотствует вместе с ним вместе и душа; а также и болезнует она, если тело в болезни; и хотя в отдаленности от тела и сама по себе душа здрава, однакоже принимает участие во всем, что касается до тела. Она подобна младенцу в матернем чреве, который имея в себе жизнь, не имеет слова и разума.

А если душа, находясь в теле, пока оно в младенческом состоянии, не может познавать и себя самой и сопряженнаго с ней тела; то не делается ли немощною по разлучении с телом, когда ни вне себя, ни в себе самой не имеет чувственных органов, которыми бы могла воспользоваться, как орудиями? Не посредством ли только чувств сопряженнаго с душею тела проявляет она себя и делается видимою?

Ни в чем не имеет недостатка эта благословенная обитель, эта страна вполне по всему совершенная; не может ли же войти в нее душа одна, не имея ни чувств, ни разумения? Конечно войдет в день Воскресения, когда тело совершенным восприимет все эти чувства.

Когда Творческая рука образовала плоть и назначила ее песнословить Творца своего, тогда безмолвная цевница сия не издала не единаго звука, пока Творец не вдунул, напоследок, в тело души, которая возбудила в нем песнь. Тогда уже и струны стали звучащими, и сама душа приобрела в них слово мудрости.

Когда Господь довершил создание Адама, тогда взял его и поселил в раю. Ни душа без тела, ни тело без души не могли войти туда, но чистые и совершенные вошли вместе в эту совершенную обитель. Вместе и вышли из нея, соделавшись нечистыми. А это показывает, что вместе и войдут в день Воскресения.

Адам был безпечным стражем рая, потому что хитрый тать вошел туда расхитить его, и без внимания оставил плоды, к которым поспешил бы всякий другой, похитил же самаго обитателя сада. Господь наш пришел взыскать Адама, и изшел, и обрел его в шеоле, извел оттуда, и ввел в рай - в те вожделенныя обители при райской ограде, где обитают души праведников и святых, ожидая там возлюбленных тел своих, чтобы, когда отверзутся двери сада, и тела и души воскликнули: Осанна! Благословен Изведший одного Адама и снова Вводящий со многими!

9.

На земле - подвиг, в Едеме - венец славы. И небо и землю обновит Бог при нашем воскрсении, и тварь освободит и возвеселит вместе с нами. Земля - матерь наша потерпела поругание, подверглась проклятию за грешников; но за праведников Благий благословит нашу питательницу, вместе с чадами ея и обновит ее.

Лукавый растворил чашу свою и яд свой показывает всякому, всем скрытно разстилает сети свои, разставляет тенета свои, везде растит плевелы, чтобы подавить благочестивых. Но Благий в прекрасном раю услаждает для них горечь, украшает их светлыми венцами, и за то, что понесли крест свой, возносит их в Едем.

Если хочешь войти к древу жизни; оно ветви свои, как ступени, преклоняет к стопам твоим, призывает тебя на лоно свое, чтобы возсел ты на ложе ветвей его, готовых преклонить пред тобою хребет свой, объять и тесно сжать в обилии цветов и упокоить, как младенца на матернем лоне.

Кто видел трапезу на ветвях сего древа? Целые ряды плодов всякаго рода под руками вкушающаго; по порядку один за другим сами приближаются к нему; плоды насыщают и утоляют его жажду, роса служит ему омовением, листы - чистым платом. Не истощается сокровищница у богатаго всем Господа.

Среди самаго чистаго воздуха стоят там твердо укоренившиеся деревья; внизу покрыты они цветами; вверху полны плодов; от зрелых плодов тучнеет их вершина, а нижния ветви все - в цветах. Кто когда слышал или видел, чтобы носилось над головою облако, подобно куще, в которой свод из плодов, и под ногами цветной стелется ковер?

Едва оставляют тебя волны одного потока отрад; - манит к себе уже другой. Все исполнено там радости. Здесь вкушаешь плод, а там освежаешься питием; здесь омываешься чистою росою, а там умащаешься благовонною влагой; здесь обоняешь благоухание, а там слышишь услаждающую песнь. Благословен Возвеселивший Адама!

Попеременно веют там приятные ветры, и спешат услужить, подобно Марфе и Марии. Не прекращается вечеря, и никогда не бывает без званых. Утомившаяся Марфа дерзнула некогда возроптать на Того, Кто призывал ее в рай, где служащие при вечери не знают утомления.

Туда и сюда носятся пред праведниками ветры в раю; один навевает им пищу, другой изливает питие; дыхание одного есть тук, а веяние другаго - благоухающая масть. Кто видел такие ветры, которые бы дыханием своим то насыщали как яствами, то служили питием, то орошали прохладой, то умащали?

Духовно питают там ветры живущих духовно; не утомляет тамошняя вечеря; рука не утруждается; нет дела зубам; не обременяется чрево. Кто наслаждался когда такою неутомительною трапезою, насыщался без пищи, упоялся без пития, веянием одного ветра утолял жажду, и веянием другаго насыщался?

Смотри, как ощутительно изображается сие в произрастениях. Ветер вскармливает пшеницу и ругие класы, питая их своим дыханием и утучняя их своею силою; не тем ли паче ветры благословения могут воспитывать разумныя и духовныя насаждения рая? Для духовных существ и пища духовна.

Умные ветры питают там разумных. Дыхание их утучняет тебя, веяние их услаждает тебя. Один умащает тебя, другой навевает тебе отраду. Кто испытывал когда такое удовольствие - вкушать без рук, пить без уст, так чтобы одно приятное дыхание ветра было для него и пищею и питием?

Смотри, и доныне еще бывает сие на этой терния пораждающей земле; доныне на этой проклятью отданной ниве ветром в недрах класа воспитывается пшеница по всевышней воле Всемогущаго. Дыхание ветра как бы матерними сосцами питает ее, представляя тем образ, как питаются духовные.

Если пшеницу - эту пищу плоти, которой большую часть извергает из себя плоть, воспитывает воздух, утучняют ветры; то чистые ветры из едемской сокровищницы могут ли вредить существам духовным? Тонкие соки составляют питание существ духовных.

И огонь научит тебя, что все питается воздухом. Можно ли представить какое либо место, где не было бы воздуха? Его дуновение угашает огонь, его дыханием поддерживается пламень. Кто видел матерь, которая все и всем питала бы? Все зависит от воздуха, а он зависит только от того Единаго, Чьей силою питается все.

Да посрамятся халдеи, которые так много думали о небесных светилах, утверждая, что они питают все и всем; и звезды, и семена, и солнце, и пресмыкающихся, и людей питает воздух; его дыханием, как сказал я, питается и огонь, по природе сродный светилам.

Душа без воздуха воспаряет горе, но она сама служит опорой телу; на ней покоится плоть наша; она уготовляет нам хлеб; она делает плодоносною ниву нашу. Таков и благословенный воздух; он услаждает, насыщает, напоевает существа духовныя, в нем они воспаряют, им омываются, он для них - море наслаждений.

Райское благоухание насыщает бех хлеба; дыхание жизни служит питием, чувства утопают там в волнах наслаждений, какия изливают на всех и во всех возможных видах. Никто не чувствует обременения в этом сонме радостей, и все непрестанно без пресыщения упоеваются ими, изумевая пред величием Божиим.

Ныне алчут и насыщаются плоти, а там вместо плотей души ощущают голод, и душа вкушает сродную ей пищу. Паче всякой снеди душа услаждается Тем, Кто питает все, Его насыщается лепотами, пред Его изумевает сокровищами.

Тела, заключающия в себе кровь и влагу, достигают там чистоты одинаковой с самою душею. Крыла души, здесь обремененной, там делаются гораздо чище и уподобляются тому, что в ней всего выше - уму. Самый ум, который мятется здесь в своих движениях, там безмятежен, подобно Божию величию.

Душа достоинством своим выше тела, а ее превышает в достоинстве дух, и выше духа сокровенное Божество. Но при конце плоть облечется в лепоту духа, и дух уподобится Божию величию.

Там плоти возвышаются до степени душ, душа возносится на степень духа, а дух, со страхом и любовию устремляясь, восходит до высоты Божия величия. Не заносится он слишком высоко, и не останавливается долго на одном; и замедление его разумно, и парение его спасительно.

Если алчешь пищи, то посрамляет тебя Моисей, который, не запасаясь пищею, восшел на вершину горы, и там без пищи крепок был телом; терпя жажду, делался еще прекраснее. Кто видел человека, который бы, не вкушая пищи, питался зрением, и цвел красотою, упоевался гласом, и укреплялся? Его утучняла слава, упоевала светлость и лучезарность.

Всякая наша пища - только гной, отсед ея для нас отвратителен, зловоние несносно, обременительность ея делает нас неповоритливыми, излишество причиняет нам вред. Если же и такая пища услаждает и утучняет; то сколько должна услаждаться душа потоками радостей, когда силы ея питаются сосцами премудрости!

Там на сонм созерцающих лиются потоки утех от славы Отца чрез Его Единароднаго, и все услаждаются на пажити созерцания. Кто видел, как алчущие насыщаются, утучняются и упоеваются потоками славы, изливающимися от лепоты Того, Кто есть вечная лепота?

Он, Господь всяческих, есть и сокровищница всего. Каждому, по мере сил его, как бы в малое отверстие, показывает Он лепоту сокровеннаго существа Своего и сияние величия Своего. И сияние Его с любовию озаряет всякаго, малаго - слабым мерцанием, совершеннаго - лучами света; полную же славу Его созерцает только Рожденный Им.

В какой мере очистил кто здесь око свое, в такой в такой и там возможет созерцать славу Того, Кто превыше всего. В какой мере здесь кто отверз слух свой, в такой и там преобщится Его премудрости. В какой мере здесь кто уготовал недра свои, в такой там приимет из сокровищ Его.

Господь дары Свои дает в меру, соразмеряя с силами приемлющаго: дает Себя и видеть по мере сил нашего ока, и слышать по мере сил нашего слуха, и славословить по мере сил наших уст, дает Он и мудрость по мере сил нашего языка. Потоки благ изливаются от благодати Его; она ежечасно обновляется в яствах, благоухает в благовониях, обнаруживается в каждой силе, сияет в цветах.

Кто видел целые сонмы питающихся одною славою? Ризы их - свет, лица их - сияние: постоянно поглащают и источают они полнту благодати Божией. В устах ув них - источник мудрости, в мыслях - мир, в ведении - истина, в изследованиях - страх, в славословии - любовь.

Даруй, Господи, возлюбленным моим, чтобы и мне и им обресть там хотя последние останки благодати Твоей. Созерцание Возлюбленнаго Твоего есть источник блаженства. Кто сподобился насладиться им, тот презирает всякую снедь, потому что выну созерцающий Тебя утучняется лепотою Твоею. Хвала Твоему велелепию!

10.

Какия уста изобразят рай? Какой язык опишет славу его? Какой ум составит себе подобие лепоты его? Сокровенно лоно его недоступно созерцанию. Поэтому, с удивлением буду взирать на одно внешнее; и это покажет мне, сколько далек я от сокровеннаго.

Благорастворен воздух, окружающий рай совне: вблизи его каждый месяц благорастворен; пасмурный шевот (февраль) там ясен, как иро (май), холодный и бурный конун (январь) плодоносен там, как ов (август), а зирон (июнь) подобен низану (марту), палящий фомуз (июль) росоносному тисри (сентябрю).

И самые угрюмые месяцы цветут там роскошною приятностию, потому что приятен воздух в соседстве с Едемом. Всякий месяц разсыпает цветы вокруг рая, чтоб во всякое врем готов был венец из цветов, которым бы увенчать ему хотя стопы рая, когда недостоин увенчать главу его.

Бурным месяцам с их ветрами нет доступа в рай, где господствует мир и тишина. Если уже и в том воздухе, который окрест рая, препобеждаются бури самых бурных месяцев; то могут ли оне коснуться благословеннаго воздуха, который небесным своим дыханием делает людей безсмсртными?

Неизсякаемый лиется там поток произведений каждаго месяца; и каждый из них приносит плоды свои, вскоре за цветами. Кипят там усладительные источники вина, меда, млека и масла. Один конун (декабрь) производит стебль, а другой (январь) клолс, и шевот (февраль) похищает его украшение, принося уже снопы.

На четыре порядка разделены там все месяцы. В третий месяц поспевают первенцы плодов, в шестый - плоды тучные, в девятый - плоды твердые. И наконец, венцем лета бывают благоухающие злаки и плоды, услаждающие вкус.

С переменами луны изменяется цветение. В начале луны раскрываются недра ветвей, в полнолуние полнеют и расширяются во все стороны; с ущербом снова свертываются и при конце опадают; при начале же новой луны дают новые отпрыски. Луна - ключ от их недр, и отверзает и замыкает их.

В раю плоды и цветы особенным образом особенныя составляют сокровища, еще более уразноображенныя взаимным их смешением. Пусть оба цветка близки друг к другу и каждый из них имеет свой цвет; если они соединены между собою, то дают от себя новый цвет; а если плоды их соединены, то производят новую красоту, и листья у них получают уже новый вид.

Плодоносие райских дерев подобно непрерывной цепи. Если обраны и опали первые плоды, появляются за ними вторые и третьи плоды. Кто когда видел, чтобы поздний плод держался как бы за пяту первых плодов, подобно тому младенцу, который держался за пяту старшаго брата?

Плоды райские один за другим следуют и произрастают подобно непрерывному рождению людей. Между людьми есть страцы, люди средняго возраста, юноши, младенцы уже родившиеся и младенцы зачатые в утробе, которым должно еще родиться. Так плоды райские следуют один за другим, и появляются подобно постоянному переемству человеческаго рода.

Река человечества течет во всех возрастах, - есть старцы, юноши, отроки, дети, младенцы, питающиеся матерним молоком и носимые в матерней утробе. Так родятся и плоды, - есть первенцы, есть и последние, повсюду волны плодов и обилие цветов.

Блажен грешник, который обретает помилование в нашей стране, и удостаивается быть принятым в окрестности рая, чтоб по благодати пастись ему хотя вне рая.

Хвала Правосудному, владычествующему с благостию! Благ, не вовсе Заключающий пределы свои, но по безпредельной любви Своей Нисходящий и к нечестивым; над достоянием Его распростерто облако благостыни Его, и на сущих во пламени дождит оно щедроты Его, чтобы и мучимые могли вкусить прохлаждающей росы.

11.

Райский воздух есть источник наслаждения; им упитывался Адам в своей юности; веяние его новосозданному Адаму служило как бы матреними сосцами; он был юн, прекрасен и весел. Но как скоро пренебрег заповедь, - соделался печальным, и старым, и немощным, понес на себе старость, как трудное бремя.

В благословенной стране блаженства нет ни вредоноснаго холода, ни палящаго зноя. Там пристань радостей, там собрание всяких утех; там обитель света и веселия; там раздаются повсюду звуки гуслей и цевниц, слышны всею Церковью воспеваемыя осанна и алилуия.

Вместо ограды окрест рая - всеобвеселяющий покой, вместо стен и предградия - всеумиротворяющий мир. Херувим, стрегущий рай, приветлив к блаженным, обитающим в раю, и грозен для отверженных, которые вне рая. Что слышишь о чистом и святом рае, все то чисто и духовно.

Кто слушает описание рая, тот не может судить о нем; потому что описание рая не подлежит суду. По наименованиям рая можно подумать, что он земный; по силе своей он духовен и чист. И у духов имена одинаковы, но святый отличается от нечистаго. Кто говорит, тот кроме имен, взятых с предметов видимых, ничем иным не может слушающшим изобразить невидимаго.

Если бы Сам Творец едемскаго сада не облек величия его именами, заимствованными от нашей стрвны, то как изобразили бы его наши уподобления? Если человек останавливается на одних именах, которыя Божие величие употребило для изображения едема, то самими теми наименованиями, которыя употреблены для нас, стесняет он достоинство едема и унижает Благость, Кторая высоту Свою преклонила к нашему младенчеству, и поелику человеческая природа далека от разумения едема, облекла его в образы, чтобы возвести к первообразу.

Ум твой не должен смущаться сими именованиями. Рай облечен именами, сродными тебе не потому, что он имеет нужду в образах, от тебя занятых, но потому, что природа твоя весьма немощна и мала пред его величием, хотя красоты его умаляются, когда очертываются слабыми, тебе сродными, образами.

Поелику слабые глаза не в силах видеть лучи небесных красот его, то Бог облек древа его именами наших дерев, смоковницы его нарек именем наших смоковниц, листья его изображены подобными листьями, какие видим у нас, чтобы все это сделать удободоступным разумению облеченных плотью.

Цветы этой страны гораздо многочисленнее и блистательнее звезд, усматриваемых на видимом небе; благодатное благоухание, веющее из рая, как врач, утоляет часть болезней на проклятой земле, и целебною силою врачует ту болезнь, которая принесена на землю змием.

Веянием, исходящим из благословенной части рая, услаждается горечь нашей страны, изглаждается проклятие нашей земли. Едемом еще дышет наш изнемогающий мир, заматоревший в болезнях; им проповедуется, что нашей мертвенности послано врачевство жизни.

Когда собраны были блаженные Апостолы, - произошло там сильное колебание, и веяние рая, носившееся в сих обителях его, излияло благоухания свои. Оно помазало проповедников, которые должны были научить и привести званных на райскую вечерю, и радуется о приходящих на оную, потому что любит людей.

12.

Сподоби и меня, по благости Твоей и при помощи Твоей же благодати, достигнуть этой сокровищницы мастей, этого хранилища благоуханий, чтобы и мне, алчущему, усладиться веянием аромат. Благовоние рая всегда всех насыщает. Кто обонял его, тот от удовольствия забывает о всякой снеди. Благословен Уготовавший сию царскую трапезу в едеме!

Возродилось во мне еще любопытство; желал я спросить, и боялся на это отважиться; но руководивший мысль мою облек мудростию вопрос, родивший в уме моем; и поверил я всему, что было им сказано мне; потому что в словах изображалось именно то, что хотел я знать.

Спрашивал же я: как змей обольститель достиг познания Божией заповеди? И получил ответ: по слуху знал змий истину тайны, и вероятно, что он мог знать сие по слуху. Глас был к Адаму, предостерегавший от древа познания добра и зла.

Хитрец слышал сей глас, и склонился к преступлению, обольстил делателя, чтобы прежде времени сорвал он плод, котораго приятность в свое время стала бы инаковою, но для сорвавшаго его прежде времени заключала в себе горечь. Хитрец прикрыл истину обманом; ибо знал, что дерзновенных, постигнет совершенно иное, потому что благо, приобретаемое чрез грех, обращается в проклятие приобретающему.

Вспомни Озию, который дерзнул войти в святилище. Поелику искал он себе первосвященства, то потерял царство (2 Пар. 26,16). Адам хотел приобрести, и усугубил свою нищету. В святилище можете видеть древо, в кадильнице - плод, в проказе - наготу. И Озия, и Адам потерпели вред от двух сокровищниц.

Но изшел другой неодолимый Борец, облекся в то оружие, с которым был побежден Адам. Враг увидел оружие и возрадовался, не чувствовал, что будет расхищен. Что должно было привести его в ужас, то сокрыто было внутри; а что ободряло его, то было открыто ему. Лукавый пришел победить, и сверх чаяния остался побежденным.

Два древа насадил Бог в раю - древо жизни и древо познания: оба они благословенные источники всех благ. При их посредстве человек может уподобиться Богу, - при посредстве жизни не знать смерти, и при посредстве мудрости не знать заблуждения.


ПОЧЕМУ БОГ ОДНИ ПРОШЕНИЯ НАШИ ПРИЕМЛЕТ, А ДРУГИЕ ОТВЕРГАЕТ?

Приводится по изданию: Св. Ефрем Сирин. Духовные наставления. М.: Сретенский монастырь, "Новая книга", "Ковчег", 1998.

Удивляются некоторые, что сыны Зеведеевы ясно высказали прошение свое пред Тем, Кто испытует сокровенности сердца. Он дозволил им изречь прошение свое, чтобы научить всех просящих, в молитвах своих не преступать меры, но соразмерять прошения свои с мерою своего убожества.

Юность одно имеет в виду, а именно, что Бог, по всемогуществу Своему, все может сделать, но не знает, что во всем действует Бог премудро, хотя все для Него возможно, однако же творит одно то, чему нужно совершиться.

Неразумно просили ученики,- и Всеведущий сказал им: не веста, чесо просита (Мф. 20, 22). Он опечалил их, желая показать, что и всякое неразумное прошение приносит огорчение просящим; такой плод собирает душа, потому что просила неразумно.

Прежде, нежели ученики предложили прошение свое, Господь ободрил их вначале словами, возбуждавшими в них радость, желая показать, что дверь Его отверста просящим Его право. А как скоро объявили они прошение свое,- опечалил их, желая показать, что дверь Его заключена для просящих лукаво.

Если бы Господь наш, по Своему предведению, отринул молитву их прежде, нежели изречена была устами их; то можно было бы подумать, что заключает Он дверь Свою молитвам нашим. Но теперь стало видно, что сами молящиеся заграждают себе дверь, когда просят, не как должно.

Не как должно молится тот, кто в одном деле соединяет и излагает множество других дел. Погибает дело его, как и дело сынов Зеведеевых. Да не будет и с нами того, чтобы погибло дело наше.

Хотя бы кто и хотел, не в состоянии будет исчислить все те предлоги, какие придумывают и представляют люди: они идут все выше и выше, и в стремлении своем преступают всякую меру, оставив стезю правую, идут не путем. И если бы кто в состоянии был изобразить сие; то мог бы он и море измерить горстию.

Мудрый Врач видит, что яд высокомерия начинает разливаться в сынах Зеведеевых, и поспешает остановить его действие, чтобы не распространился он на все тело, то есть на всех двенадцать учеников. Его, чтобы и они также не отважились на всякие прошения. Врач пресекает причину болезни, заграждает вредоносный источник.

И ты, намереваясь просить, прежде нежели прибегнешь к Подателю, рассмотри прошение свое, чисто ли оно, внимательно вникни в причину, побуждающую к прошению. Если побуждение, по которому просим, влечет за собою вред; то Уврачевавший сынов Зеведеевых да заградит источники наших прошений.

Всякий, кто просит, должен уподобляться Подателю. Он может дать нам все; но не дает того, что пагубно. Он всегда может простить грехи, но не прощает иногда по правде Своей; Он всегда может отказать в милости; но не попускает сего иногда благость Его.

Страх и любовь стоят на страже уст - сего источника слов. Страх останавливает слова срамные; любовь изводит слова досточестные. Уста могли бы не произнести доброго слова, но сего не допустит любовь; могли бы извести слово лукавое, но сего не допустит страх правды.

Уста, из которых выходит и доброе и лукавое,- необузданный конь, поэтому нужна для них узда, иначе стремление их увлечет в пропасть; потому что путь их среди пропастей. Только при тщательных предосторожностях могут они, даже и днем, совершать путь свой без преткновений и падений.

Все прошения наши восходят к единому Богу: единый слух невидимого Величия внимает прошениям нашим, и различает их. Если просим полезного, - приемлет прошение; если вредного, - отвергает. Уста могут просить всего; но Бог исполняет только то, что полезно.

Все прошения, приносимые Божеству верою, приемлются Им из рук ее. Обеты и дары, приносимые руками ее, вожделенны Богу. Божественное величие желает получить плоды из рук веры; потому что она сердце просящего очищает от безобразия сомнений ума.

Прошения уст, если корень их твердо насажден в сердце, собираются в Божие точило. Если же Бог медлит исполнить их,- не должно скорбеть нам, как и вертоградарь не сетует, но ждет, пока созреет в винограднике его плод, дающий жизнь во время свое.

Благий Податель смотрит и на прошение, и на время. Как плод, снятый прежде времени, вреден: так и дар, не во время данный, причиняет вред; а впоследствии он же полезен. Если прошение неблаговременно; то Податель медлит исполнить его.

Податель премудр. Он смотрит на прошение и на время, и, если видит, что прошение в настоящее время бесполезно, будет же полезно впоследствии, блюдет исполнение его до другого времени. Хотя и прискорбно просящему, что не исполнилось прошение его в то же время; но Податель в свое время утешит его пользою.

Божество для нас то же, что для детища матерь, питающая его млеком. Она до известного времени сберегает свои пособия; знает, когда лишить детище млека, и когда должно напитать его млеком, или когда накормить хлебом; и сообразно с мерою его возраста, предлагает ему свои пособия.

Правда для всех прошений то же, что на море пристань. Справедливое прошение она приемлет, а несправедливому не дает в себе места. Если бы исполнялись все прошения; то произошло бы пагубное неустройство; потому что просящие стали бы своими прошениями вредить друг другу.

Хвала Тому, Кто слышит все! Его правда - горнило для всех прошений. Одобряет она прошение истинное, потому что в нем сокрыта жизнь для просящих; осуждает прошение лживое, потому что в нем таится смерть для просящего. Неведением прикрашивается всякое прошение в устах; но Всеведущий испытует его слухом Своим.

Заблуждение в устах Симона представляло прекрасным сказанное им слово: Господи, не имать быти Тебе cue (Мф. 16, 22). Симон не разумел, что слово его лживо. Но как скоро вошло оно в слух Господа, как в горнило,- тотчас обличилось, что оно противно Господу.

Посему, прошения наши предоставим воле Истинного и Милосердного. Он правдою Своею искушает и отвергает прошения для нас вредные, и, по милосердию Своему, исполняет прошения полезные. Возблагодарим Благого за то, что дает Он, и поклонимся Правосудному за то, в чем отказывает.

Он такой Податель, у которого сокровищница - обильный источник благ, и Который никогда не отказывает в дарах. Если же и отказывает иногда до времени,- отказывает для того, чтобы дар стал драгоценнее для приемлющих, и чтобы приемлющий был прилежнее в молитве. Если бы дар подаваем был тотчас; то прекратилась бы молитва.


НА ТЕХ, КОТОРЫЕ ЕЖЕДНЕВНО ГРЕШАТ И ЕЖЕДНЕВНО КАЮТСЯ

Приводится по изданию: Св. Ефрем Сирин. Духовные наставления. М.: Сретенский монастырь, "Новая книга", "Ковчег", 1998.

Долго ли тебе, друг, терпеть врага и ежедневно делать угодное ему? Долго ли тебе, друг, служить телесному, что смертоносно? Прими совет, который для тебя животворен и послужит к очищению души твоей, равно и тела. Приступи к Спасителю, Который исцеляет всех припадающих к Нему с покаянием и совершенною верою. Так из всего досточестного велико и спасительно покаяние. Посему, однажды отрезвившись, не погружайся в опьянение, ежедневно греша, то строя, то разоряя, то соплетая, то распуская, подобно детям, которые много раз прилежно строят свои дома и потом, опрокинув, обращают все в кучу. Уклонись от скорпиона, которого жало тобою изведано. Тщательно убегай змия которого губительность тобой познана. Кто два раза падает, спотыкаясь на тот же камень, то слеп или неловок так что не видит, чего должно избегать. Об этом употребив старание, приступи с покаянием; сим воспользовавшись средством, умилостивляй Творца, смиренный и сетующий, поникши взором и воздыхая, скорбя о постигшем, устремляя внимание к ожидающему впереди. Так некогда спасся мытарь Закхей. Так Матфей соделался рабом Христовым. Так и жена, блудница сладострастная, не знавшая меры своему непотребству на соблазн видевшим, как скоро отерла ноги Спасителя власами, изведена из пагубного рова беззаконий. Так и ты, наложив узду на блуждающий взор свой и приняв на себя печальный вид, спасешь себя; потому что Бог восставляет малых, возвышает смиренных, а низлагает и сокрушает тех, которые сами себя возвышают. Посмотри на города Содом и Гоморру, как этих людей, жестоких, свирепых, ненавистных, дерзких, нечистых, непотребных, с удовольствием готовых на всякую обиду и на всякое насилие, одождив на них жупел и огонь, Господь истребил всех до единого. Посмотри на град Ниневию, пышный и украшенный, цветущий грехами, изобильный пороками. Бог угрожал сокрушить и внезапно поразить совершенным ниспровержением и падением город; но, увидев опять, что предававшиеся похоти, во вретище и пепле, в гладе и посте, с плачем и слезами, отложили всякую пышность, бледны, устрашены, приведены в трепет и изменились, стали сами на себя не похожи, и все заняты одним делом, сравнялись между собою и неравные, свободные и рабы, богатые и бедные, начальники и подначальные, властелины и подвластные, мужеский пол и женский, старцы и все младенцы, - увидев, что все смирились, все стали целомудренными . Господь умилосердился, помиловал, спас, пощадил, отменив наказание, каким угрожал, и лучше возжелал казаться не исполнившим слова, нежели жестоким. Так наказывает Он непреклонных грешников и не попускает нещадно погибать благопокорным. Поспешайте, молитесь, спасайтесь, оберегайте себя. Господь готов на милость, готов к уврачеванию, скор на помощь, не медлит избавлением, дает просящим, отверзает толкущим, снабжает скудных, наделяет нуждающихся, не отказывает ищущим, не гневается на падших, простирает руку, чтобы спасти, любит домогающихся разрешения, угрожает непокорным. Преткнулся ты? Отрезвись. Пал? Обратись, молись, проси, припадай, домогайся, ищи, приемли, уверься, что дано тебе, покланяйся, умоляй о спасении, умилостивляй Того, Кто желает дать и может спасти. А спасшись, не теряй приобретенного; пав, восставай; низринувшись, исправляйся; как скоро погрешил, загладь грех, исцелившись, пребывай здравым; получив совершенное здравие и спасшись, отвращайся того недуга, от которого избавлен. Посему не возжигай снова, что однажды угасил, не впадай в тину, которую так хорошо смыл с себя. Не подражай свиньям, которые любят валяться в грязи; не соревнуй псам, пожирающим блевотину; никтоже, однажды возложь руку на рало и зря вспять, приобретал себе царство (Лк. 9, 62). Никто, однажды омывшись oт скверны, да не возвращается к ней снова. Один Христос, одна вера, один крест, одна смерть. Одна благодать, одно страдание, одно и воскресение. Предавшийся за тебя на заклание, не должен предаваться снова и в другой раз платить за тебя искупительную цену. Ты искуплен, не оставайся упорно рабом; ты омыт от греховных скверн, не оскверняйся; ибо для твоего омовения нет другой купели, уготованной смертною язвою.